Неточные совпадения
— Как же, с позволения вашего, чтобы не рассердить вас, вы за всякий год беретесь
платить за них подать? и деньги будете выдавать мне или
в казну?
Если кто сие наше попечительное постановление презрит или против такового нашего указа подаст совет, помощь или благоприятство своим лицом или посторонним, — тем самым подвергает себя осуждению на проклятие, да сверх того лишен быть имеет тех книг и
заплатит сто золотых гульденов пени
в казну нашу. И сего решения никто без особого повеления да нарушить не дерзает. Дано
в замке С. Мартына, во граде нашем Майнце, с приложением печати нашей. Месяца януария,
в четвертый день 1486 года».
По контракту, заключенному
в 1875 г. на 24 года, общество пользуется участком на западном берегу Сахалина на две версты вдоль берега и на одну версту
в глубь острова; ему предоставляются бесплатно свободные удобные места для склада угля
в Приморской области я прилегающих к ней островах; нужный для построек и работ строительный материал общество получает также бесплатно; ввоз всех предметов, необходимых для технических и хозяйственных работ и устройства рудников, предоставляется беспошлинно; за каждый пуд угля, покупаемый морским ведомством, общество получает от 15 до 30 коп.; ежедневно
в распоряжение общества командируется для работ не менее 400 каторжных; если же на работы будет выслано меньше этого числа, то за каждого недостающего рабочего
казна платит обществу штрафу один рубль
в день; нужное обществу число людей может быть отпускаемо и на ночь.
Он совершает рейсы между Николаевском, Владивостоком и японскими портами, возит почту, солдат, арестантов, пассажиров и грузы, главным образом казенные; по контракту, заключенному с
казной, которая
платит ему солидную субсидию, он обязан несколько раз
в течение лета заходить на Сахалин:
в Александровский пост и
в южный Корсаковский.
Так как сожительница формально считается работницей, то поселенец
платит за нее
в казну, как за работницу: он обязуется свезти пудов двадцать груза из одного округа
в другой или доставить
в пост десяток бревен.
Во всяком случае,
в 1890 г., когда я был на Сахалине, все чиновники, даже не имеющие никакого отношения к тюремному ведомству (например, начальник почтово-телеграфной конторы), пользовались каторжными для своего домашнего обихода
в самых широких размерах, причем жалованья этой прислуге они не
платили, и кормилась она на счет
казны.
Так как
в сумму дохода вошли также кормовые и пособия от
казны и деньги, полученные по почте, и так как доход ссыльного составляется главным образом из заработков, которые дает ему
казна,
платя ему подчас умышленно высокую цену, то добрая половина дохода оказывается фикцией и долг
в казну на самом деле выше, чем он показан.
Затем, что касается уплаты податей и повинностей, то все плательщики на этот счет единодушны. Все уплачивают что нужно, и втайне все-таки думают, что не
платить было бы не
в пример лучше. Редкий понимает, что своевременное и безнедоимочное очищение окладных листов есть дело государственной важности; большинство же исповедует то мнение, что
казна и без того богата.
— Зачем так! Коли кто пьет — тот особливо по вольной цене
заплати. Водка-то, коли без акциза — чего она стоит? — грош стоит! А тут опять — конкуренция.
В ту пору и заводчики и кабатчики — все друг дружку побивать будут. Ведь она почесть задаром пойдет, водка-то! выпил стакан, выпил два —
в мошне-то и незаметно, убавилось или нет. А
казне между тем легость. Ни надзоров, ни дивидендов, ни судов — ничего не нужно. Бери денежки, загребай!
Помнишь старый разрез
в Выломках, его еще рекрута работали, — так мы его за новый списали, а ведь за это, говорят, голеньких сорок тысяч рубликов
казна заплатила.
Несмотря на это возвышение подати, новый порядок был всеми принят с радостью, потому что, как свидетельствует об этом указ самого Петра (30 января 1699 года), промышленное сословие до тех пор было «безответною жертвою наглого самоуправства и бессовестного лихоимства, так что от приказных волокит, от воеводских налогов и взяток люди торговые пришли
в крайнее разорение, многие торгов и промыслов отбыли, податей
платить были не
в силах, и государственная
казна терпела ущерб немалый, вследствие недоимки окладных доходов и недобора торговых пошлин».
Но все эти меры стушевывались
в глазах народа антирусской внутренней и внешней политикой нового государя. Для пополнения
казны портили монету и завели банки, бумагами которого
платили расходы «как наличными деньгами», что смутило народ по новизне дела. Деньги же требовались особенно на внешнюю политику, противную интересам России.
Зато солдатам своим японская
казна платила по пять рублей
в месяц, наш же солдат получал
в месяц «по усиленному окладу»… сорок три с половиной копейка!..
— Теперь и для слепого ясно, что свидетели подкуплены Захарией. Итак, пусть Захария возвратит камень Ахиору, и вместе с ним уплатит ему тридцать гражданских сиклей судебных издержек, и отдаст десять сиклей священных на храм. Свидетели же, обличившие сами себя, пусть
заплатят по пяти сиклей
в казну за ложное показание.
Порешили на том, чтобы внести
в его
казну 50 пудов серебра [15 500 рублей.], а затем
платить ежегодно черную, или народную дань, возвратить ему прилегающие к Вологде земли, берега Пинеги, Мезени, Нелевючи, Выи, Песчальной Суры и Пильи горы.
— Вот же вам десять рублей за первые два месяца, а остальные ваши деньги я положу
в сохранную
казну, и вы будете их брать и
платить за ребенка.